Повесть о Евпатии Коловрате, боярине Рязанском

 


     

     
     "О светло светлая и украсно украшеная земля Русская! Многими красотами прославлена еси: озерами многими прославлена еси, реками и родниками местночтимыми, горами крутыми, холмами высокими, дубравами чистыми, полями дивными, зверьми различными, птицами бесчисленными, городами великими, селами дивными, виноградами монастырскими, храмами церковными, и князьями грозными, боярами честными, вельможами многими. Всего ты исполнена, земля Русская, о правоверная вера христианская! Отселе до угор и до ляхов, до чехов, от чехов до ятвягов, и от ятвягов до литвы, до немец, от немец до корелы, от корелы до Устюга, и за Дышащим морем, от моря до болгар, от болгар до буртас, от буртас до чермис, от чермис до мордви, - то все покорено было Богом христианскому народу…
      …И в те дни обрушилась беда на христиан…"
     
      На исходе года 1237, зимой, пришел из восточных стран на Русскую землю безбожный царь Батый со множеством воинов татарских. И подошел окаянный царь Батый к городу Рязани. Осадили враги и бились неотступно пять дней. И взяли город татары в 21-й день декабря месяца. И не осталось в городе ни одного жителя. Все, как один, погибли и все единую смертную чашу испили.
      В это время некий из вельмож рязанских, по имени Евпатий Коловрат, был в Чернигове вместе с князем Ингварем Ингваревичем. И услышал он о приходе зловерного царя Батыя, и поспешил из Чернигова с небольшой дружиной, и гнал во всю мочь.
      Приехал он в землю Рязанскую и увидел её опустевшей: города разорены, церкви сожжены, люди побиты. И приехал он в город Рязань, и видит: город разорён, князья убиты и множество народа повсюду лежит - одни убиты и изрублены, другие сожжены, а иные в реке потоплены. И закричал Евпатий в горести души своей, и воспылал гневом в сердце своём.
      Собрал он небольшую дружину в тысячу семьсот человек из тех, кого Бог сохранил вне города. И погнались они вслед за безбожным царём Батыем, и едва настигли его в земле Суздальской, и внезапно напали на станы Батыевы. И начали сечь без милости, и привели в смятение полки татарские, так что стали татары словно пьяные или безумные. Так беспощадно Евпатий бил их, что даже мечи притупились. Тогда взяли рязанцы татарские мечи и начали ими разить врага. Решили татары, что это мёртвые ожили. Евпатий же, проезжая из конца в конец великие полки татарские, избивал их беспощадно. И так храбро и мужественно скакал он по полкам татарским, что даже сам царь испугался.
      И едва смогли схватить из полка Евпатиева пятерых воинов, обессилевших от жестоких ран. Привели их к царю Батыю, и начал их царь спрашивать:
      - Какой вы веры и из какой земли, и почему так много зла мне сотворили?
      Они же отвечали:
      - Веры мы христианской, рабы великого князя Юрия Ингваревича Рязанского, а из полка Евпатия Коловрата. Посланы мы от князя Ингваря Ингваревича Рязанского, чтобы тебя, царя сильного, почтить, да с почестью выпроводить. Только ты, царь, не обижайся: не успеваем мы чаш наливать на такую силу великую - рать татарскую.
      Подивился царь ответу их мудрому. И послал он шурича* своего Хостоврула с сильными полками татарскими против Евпатия Коловрата. Хостоврул же похвалялся царю, что приведёт Евпатия живым. И обступили сильные полки татарские Евпатия, чтобы его живым захватить, и Хостоврул съехался с Евпатием. Евпатий же богатырь разрубил Хостоврула надвое до седла и начал без пощады сечь силу татарскую. И многих он тут прославленных богатырей Батыевых побил, одних пополам рассекая, а других до седла надвое разрубая.
      Испугались татары, видя, сколь могуч исполин Евпатий. И нацелили они на него множество пороков*, и едва убили его. Принесли тело его к царю Батыю. Царь Батый послал за мурзами и за князьями своими, и стали все дивиться храбрости, и мужеству, и крепости рязанского воинства. И сказали мурзы и князья царю:
      - Со многими царями и во многих землях и сражениях мы встречались, а таких храбрецов и удальцов не видывали, и отцы наши о таких не рассказывали. Ведь они - словно люди крылатые и бессмертные: так крепко и мужественно на конях бьются - один с тысячью, а двое - с десятью тысячами. И ни один из них не покинул поля брани.
      А царь Батый сказал, глядя на тело Евпатия:
      - О Коловрат Евпатий! Щедро ты меня попотчевал со своею малою дружиною, и многих богатырей могучих побил ты, и много полков моих от тебя пало. Если бы у меня такой служил, держал бы его около сердца своего.
      И отдал он тело Евпатия уцелевшим воинам из его дружины, и велел их отпустить, не причинив им никакого вреда.